Поделиться

суббота, 28 августа 2010 г.

"Поймите, мы думали, что это эксперимент!" - Винсент Серф об Интернете

26 августа во дворе "Института медиа, архитектуры и дизайна "Стрелка" вице-президент и главный проповедник Интернета в Google, разработчик протоколов TCP/IP и базовой архитектуры Интернета (конечно, тогда он не был Интернетом) - Винт Серф (полное имя - Винтон Грей Серф, Vinton Gray Cerf) выступал перед многочисленными собравшимися.


Доклад, который, надо сказать, имел большой успех, был посвящен современному состоянию и перспективам развития Интернета: расширению аудитории, доменам на национальных языках, RFID, а также разработке протоколов для "Вселенской сети" (сообщения между планетами). В сущности, все эти темы освещаются в различных СМИ, я не буду дублировать, мне больше понравилась та часть мероприятия, где докладчику задавались вопросы. Общее впечатление от действа: господин Серф сказал довольно мало нового, но зато (и это прекрасно) очень много правильного! Совершенно здравомыслящий господин - редкое явление. Я просто процитирую некоторые его рассуждения с указанием, там где это необходимо, тех вопросов, в ответ на которые оные рассуждения возникли.

Вопрос: Как Вы думаете, не существует ли опасности чрезмерной зависимости человечества от информации и того, что люди будут в какой-то момент ею перегружены?

Ответ: Мы уже перегружены, и информация, которой сегодня огромное количество, она уже есть, и она никуда не уйдет, не денется. Но с другой стороны, Вас же не интересует вся эта информация. Например, когда Вы ищете что-то через Google, Вас же интересует что-то конкретное. Вы не видели всех фильмов, которые есть, и не читали всех журналов. На самом деле, мне интересно, как бы проходила наша дискуссия во времена Гутенберга в XV веке. Представьте себе, что я прихожу к Вам и говорю: "Я могу печатать книги, тысячи и тысячи книг!", а Вы отвечаете: "Нет, хватит, не надо так много - я не смогу все это прочитать"! Сегодня мы используем компьютеры, чтобы фильтровать информацию, выбирать нужное. Разве можно было представить себе совсем недавно, что какое-то механическое, электронное устройство может помогать нам в этом?

Вопрос: Не считаете ли Вы, что введение имен доменов на национальных языках приведет к дроблению Интернета?

Ответ: Нет, скорее наоборот. Задумайтесь, ведь существует множество языков, в том числе, русский, китайский, где не используется латиница. Проблемы с интернационализацией и написанием решаются регистрацией домена и на национальном языке, и на латинице. А Интернет должен быть открытым, в том числе и для всех языков, какие только существуют на свете.

Далее последовал вопрос от работника, по всем признакам, академической сферы. Вывод о профессиональной принадлежности вопрошающего я делаю на основе значительного опыта, потому, что вопрос, являясь важным, - он касался ограничений на распространение информации со стороны культуры - был сформулирован так, что создалось отчетливое впечатление, что задающий не слышал ничего из говорившегося ранее ("Вы глубоко погрузили нас в технические детали, а нужно о людях подумать..."), а также представлял собой, скорее, смесь из утверждений и вопроса, нежели чистый вопрос. Любой, кто читал лекции или присутствовал/выступал на достаточном количестве конференций, знает, о чем я говорю, - такие люди иногда появляются неизвестно откуда.

Мне понравился ответ Серфа: Пытаться ограничить распространение информации по тем или иным причинам сегодня - это все равно, что встать на пути цунами и сказать ему: "Стой"!

Вопрос: В те далекие годы, стали бы Вы изобретать Интернет, зная, во что это выльется, а если бы стали, то что бы Вы изменили, обладая сегодняшними знаниями?

Ответ: Наверное, единственное, что я бы изменил - это количество бит в IP-адресе. Поймите, тогда мы думали, что это эксперимент. Мы и подумать не могли, что нам будет не хватать 32 бит и 4 с лишним миллиардов адресов. Но Вы представляете, как сложно было бы в этом кого-нибудь убедить в то время, даже понимай мы это?

Вот такое было мероприятие. Даже несмотря на то, что я простудился где-то в процессе, впечатления весьма положительные. Давно я не слушал лекций и докладов и очень рад, что первым докладчиком после такого моего перерыва оказался именно Серф - "отец-основатель Интернета".

четверг, 19 августа 2010 г.

Треснувший рупор (решил не ставить номера): «Verdana» для ваших глаз или «Свет мой, зеркальце… молчи! – Я тебе сам все расскажу!»

Научные исследования можно проводить с разными целями:
  • решить некую практическую задачу;
  • подтвердить или опровергнуть гипотезу;
  • изучить интересный предмет или процесс;
  • освоить выделенные на исследование денежные средства;
  • подвести научную базу под уже готовый тезис (в том числе, в коммерческих целях).
В соответствии с написанным ниже, читающим предлагается самим сделать вывод относительно того, какую цель преследовали исполнители конкретного рассматриваемого исследования. Ученые из Vision Ergonomics Research Laboratory обнаружили, что использование «правильного» шрифта при работе на компьютере защищает глаза от различных неприятностей, как то:
  • усталость, сухость и краснота глаз;
  • периодические головные боли;
  • раздвоенное зрение;
  • размытое зрение;
  • боль или жжение в глазах и областях вокруг них.
Все эти и некоторые другие проблемы являются проявлением так называемого «синдрома компьютерного зрения» (computer vision syndrome - CVS). Ученые установили, что наиболее дружественным по отношению к глазам (в сообщениях различных источников также применяются пассажи: «идеальным», «творящим чудеса», «защищающим глаза») является шрифт «Verdana», а его оптимальный размер на экране – 10-12 (единицы измерения, конечно, не указываются). С сообщениями можно ознакомиться здесь, здесь и здесь. Быстрая аналитика:
  • То, что интенсивная работа за компьютером сказывается на зрении, и не лучшим образом, известно давно. Мне это стало известно в 12 лет (в 1990 году), когда я впервые надел очки, как выяснилось навсегда. Догадываюсь, что исследования на эту тему были и раньше. Также известно, что помимо типа и размера шрифта, значение имеют положение работающего, освещение в помещении, частота обновления экрана и другие его настройки, такие как яркость и контрастность. Возможно, что в исследовании учитывался весь контекст, но отчет по нему найти не удалось, а информационные источники предлагают только «с мясом» выдранный из этого контекста тезис про «Verdana». При этом они ссылаются на основного автора исследования – профессора Джима Шиди (Jim Sheedy). Если профессор действительно позволил себе декларирование отдельных тезисов или, что еще хуже, исследование не изучало ничего кроме шрифтов (о методике исследования не сообщается), то это попросту неквалифицированно. Чтение текста, набранного шрифтом «Verdana», в темной комнате, с засвеченного по яркости монитора не принесет скрючившемуся перед ним пользователю ни счастья, ни здоровья – это очевидно, для этого не нужно быть ни «оптометриком», ни ученым вообще. Я уже не говорю о том, что «шрифт, защищающий глаза», «идеальный шрифт», «комфортный шрифт» и так далее – это совершенно разные по смыслу определения, требующие разного обоснования. Оставим этот разброс в трактовках на совести новостных сайтов – вряд ли профессор мог сказать это все сразу.
  • Известнейший автор, доктор физических наук Якоб Нильсен (Jacob Nielsen) – признанный во всем мире специалист в области интерфейсов и удобства эксплуатации еще в 1999 году в своей книге «Designing Web usability» писал:

    Поскольку современные мониторы имеют сравнительно низкую разрешающую способность, текст, набранный мелким шрифтом, воспринимается значительно лучше при оформлении его с использованием рубленых шрифтов, таких как Verdana. Для четкого отображения засечек шрифта размером 10 пунктов попросту не хватает пикселов. В то же время, большинство людей предпочитает читать текст, набранный шрифтами с засечками (таким шрифтом набрана большая часть текста этой книги, включая текст, который вы сейчас читаете), таким образом, мы оказываемся перед лицом своего рода парадокса. Разборчивость должна быть определяющим критерием в случае очень мелких шрифтов (9 пунктов и менее). Такой текст должен набираться с использованием рубленого шрифта. (Нильсен Я. "Веб-дизайн: книга Якоба Нильсена". - СПб.: Символ-Плюс, 2007)

    Где же новизна в сегодняшнем исследовании?
  • Все новостные сайты перепечатывают друг у друга фразу об оптимальном размере шрифта «Verdana» на экране, даже не удосужившись задуматься над тем, что реально этот размер «10-12» будет различным в зависимости от разрешения экрана, установленного на каждом конкретном компьютере.
  • Для справки: исследование финансировалось компанией Microsoft. По странному (?) стечению обстоятельств именно Microsoft владеет правами на шрифт «Verdana». И еще информация: этот шрифт повсеместно распространен на компьютерах под управлением Windows и Mac OS, однако в силу закона мало распространен редко встречается там, где используются бесплатные операционные системы, типа Linux. Нет ли здесь подвоха? Маркетинг – штука тонкая, только к науке, по выражению многих экспертов (Синк Э. "Бизнес для программистов. Как начать свое дело". - СПб.: Питер, 2008), отношения не имеет.
Билл Гейтс однажды заметил, с нетипичным для него цинизмом, как сделать программу дружелюбной к пользователю: изготовить печать и поставить на каждой коробке штамп: «USER FRIENDLY» («Дружелюбна к пользователю»). Компьютерная индустрия взяла его метод на вооружение. (Купер А. "Психбольница в руках пациентов". - СПб.: Символ-Плюс, 2004)

А, вообще-то, "Verdana" - отличный шрифт. Те, кому он нравится, и так это знали...

пятница, 13 августа 2010 г.

Жизненный путь: Ассемблер

Имеется в виду ассемблер x86. Несколько программок было написано под i286 и i386 для защищенного режима работы процессоров, но в основном - реальный режим, пробы пера и стандартные лабораторки.

В 90-х на фоне DOS, историй о вирусах, быстрейших программ на "асме" и прочего, понимать (хотя бы) Ассемблер было круто! Я пишу "Ассемблер" с большой буквы - это неправильно, вообще-то, поскольку "ассемблер" - это тип языка низкого уровня, а не имя собственное. В моем случае правильно было бы писать "Ассемблер x86", но я уж, извините, по привычке. Так вот, возвращаясь: конечно, после кодирования на нескольких языках высокого уровня кодирование на Ассемблере было мукой, но мукой почетной. Для сегодняшних студентов это, по-моему, просто мука. Как я и говорил ранее, и сейчас от этой муки есть польза: программирование на Ассемблере позволяет разобраться с адресацией, тем, почему какая-то функция или процедура выполняется дольше, чем другая, тем, как в памяти организуются классы и выполняются виртуальные функции (если у вас хватит безумия заниматься объектно-ориентированным программированием на этом языке). И, вообще, Ассемблер открывает перед программистом новый слой реальности, подвигая его ближе к сокровенному - тому, что на самом деле происходит с компьютером, когда он что-то делает (следующий шаг по направлению к истине - трансляция ассемблерных кодов в машинные, еще один - загрузка и исполнение операций в процессоре той или иной архитектуры, а следующий и последний - понимание того, как отдельные транзисторы собираются для создания тех или иных схем, и того, какова связь между электрическим током из розетки и текстом на экране). За исключением специфических случаев, каждый сам для себя решает, нужно ему все это понимание или нет, но, если вы решили пойти до самого конца и "просветиться по полной", могу порекомендовать пару книг:Это все не про Ассемблер - это про транзисторы. Что касается Ассемблера, то даже и не знаю, что предложить - сейчас книг стало намного больше, но хорошие выбирать стало намного сложнее. Я изучал язык в основном по двум (всего лишь) книгам:
  • Сван Т. "Освоение Turbo Assembler". - К.: Диалектика, 1996. ISBN: 5-7707-9254-X.
  • Финогенов К.Г. "Самоучитель по системным функциям MS-DOS". 2-изд. - М.: Радио и связь, 1995. ISBN: 5-900797-02-3.
Книга Финогенова в каком-то варианте в интернет-магазинах находится, Свана найти мне не удалось - он вообще был отличным автором, который писал и о Delphi, и об Ассемблере, и о форматах файлов очень доступно и даже весело, но... пропал с российского книжного горизонта. Итак, за то время, пока я ковырялся в Ассемблере (с 1996 по 1998 годы, на втором и третьем курсах), я наковырял, в общей сложности, 12388 строк, из которых приходится:
  • 3596 строк - на лабораторки и собственные эксперименты с графикой и защищенным режимом процессора;
  • 5028 строк - на библиотеки, которые потом активно использовались в вышеозначенных лабораторках и экспериментах;
  • 1918 строк - на объектно-ориентированные эксперименты;
  • 1846 - на программы для Windows (задумка даже маленькой программы для Windows превращается на Ассмеблере... в общем, программ было всего 2).

суббота, 7 августа 2010 г.

Редакторские будни: English

Довольно давно собирался эту тему поднять. Пока думал, выяснилось, что с сентября 2010 я перестаю исполнять обязанности научного редактора "Прикладной информатики"... Жаль, любимая была работа, не один год я ей отдал, даже меняя основные места работы, всегда работодателей предупреждал, что "у меня еще журнал, имейте в виду". Собственно, работал бы и дальше, но... все как обычно: нож в спину, пинок под 5-ю точку, бывает. Что б они все были здоровы... :) Соответственно, этот пост закрывает небольшой цикл "Редакторских будней", по результатам которого я, скорее всего, сделаю приличную по объему и неприличную по стилю публикацию. Итак, English...

При печати статей в журналах необходимы аннотации, название, информация об авторах статьи на английском языке. Часто в качестве всего этого от авторов не поступает ничего, об этом я уже говорил. Иногда поступают шедевры, выполненные профессионалами - придраться не к чему. Редко, но бывает, когда в качестве материалов на английском языке поступают плоды деятельности программных продуктов-переводчиков, не несущие на себе даже отметин приложения к ним человеческого интеллекта. Большинство случаев являются промежуточными между всеми отмеченными вариантами. Так бывает везде или почти везде, где для переводов не выделен специальный человек в редакции, в совершенстве владеющий английским языком. В этом случае именно на нем лежит ответственность за качество перевода, а не на авторах или редакторах. Редакторы (и литературные, и научные), к сожалению, далеко не всегда владеют родным языком ИТ в совершенстве - у нас другие функции. Например, у меня с английским языком где-то upper intermediate, проблем в общении с носителями у меня не возникает, как и с чтением литературы, и я могу увидеть, что аннотация "кривая" и постараться ее исправить, но всех грамматических и стилистических тонкостей, конечно, не знаю - не по образованию задача, да и не по окладу.

Если бы все россияне, которые должны проверять материалы (редакторы, корректоры и т.д.) в журналах, а также все читатели, которые их изучают, могли бы оценить качество английской аннотации, то, наверное, стало бы понятно, что происходящее с этими аннотациями сегодня - просто мрак и ужас. С другой стороны, если бы все были такими грамотными, то и качество аннотаций было бы изначально выше - баланс. Сейчас тоже имеет место определенный баланс: одни составляют полу или на четверть грамотные аннотации, другие, не понимая, проглядывают их или просто не читают.

Зачем вообще нужны английские материалы к русским статьям? Теоретически для ознакомления мировой общественности с нашей местной деятельностью, посредством передачи аннотаций в различные научные базы данных. Дело, конечно, хорошее, хотя для многих журналов важность этого сильно переоценивается (некоторые журналы ни в какие базы не входят, на территории "потенциального интеллектуального противника" не распространяются, да и что ему толку от аннотаций в 500 символов на английском, если остальные 35000 на русском). В любом случае, требование ВАК никто не отменял.

Резюмируя: английские материалы к статьям готовить необходимо, программами-переводчиками пользоваться приходится часто. Не так давно я получил письмо от начальницы моей научной редакции Надежды Разевиг, где она сформулировала три важных момента, о которых нужно помнить при автоматическом переводе. Письмо попало в резонанс с моим собственным опытом и мыслями, поэтому эти моменты я и привожу здесь.
  1. Русский текст нужно предварительно специальным образом преобразовать. Переводчик очень плохо переводит сложноподчиненные предложения и прочие "цветистые" конструкции. Поэтому рекомендуется красочно построенные предложения упростить, разбить на несколько более простых, при этом желательно соблюдать английский порядок слов - сначала подлежащее, потом сказуемое. Например, возьмем кусок первой попавшейся аннотации:

    Незрелость и непопулярность идеи риск менеджмента в России привела к тому, что основным серьезным инструментом, позволяющим минимально контролировать риски, стало страхование.

    Если его автоматически перевести, результат будет весьма ужасен. А если преобразовать, например, так:

    В России идеи риск менеджмента недостаточно популярны. Из-за этого страхование стало основным серьезным инструментом, позволяющим контролировать риски.

    то перевод будет вполне приемлемым.
  2. После автоматического перевода рекомендуется этим же переводчиком перевести получившийся английский текст обратно на русский. Если в результате получились более-менее нормальные русские предложения - результат можно считать удовлетворительным. Если нет - нужно искать ошибки.
  3. При наличии минимальных сомнений необходимо проверять терминологию по словарю, т.к. очень часто переводчик воображает себе не то значение русского слова и, как следствие, подбирает неправильное английское. Например, фраза

    ... выбор программного обеспечения

    переводиться как

    ... select of software.

    Да, select - это выбор, но это совсем не тот выбор, это от слова селектор, т.е. скорее в значении "отметить какой-либо пункт". А здесь нужно использовать слово choice:

    ... choice of software.
Надеюсь, что изложенный материал поможет кому-то из авторов превращать свои русские аннотации, если не в шедевры английской литературы, то хотя бы в материал на английском языке, который в состоянии понять выпускник российского нелингвистического вуза, волею судеб попавший в редакторы.