Поделиться

пятница, 14 августа 2009 г.

Спам и общественность: "Вы хотите поговорить об этом?"

Делюсь фрагментом из своей книжки "Реальность 2.0b" (из Главы 6. Ругательное слово из четырех букв).

Кажется, что борьба со спамом должна быть близка обществу, ведь от него страдают очень многие. Опять же, если какая-то неприятность на достаточном уровне не регулируется законодательно или, например, рыночно, то рано или поздно должны сами собой возникать некие морально-этические нормы, нивелирующие такие проколы. Однако на практике это не работает: громких заявлений о спаме и борьбе с ним делается достаточно, но заказчики не спешат отказываться от этого инструмента маркетинга, а получатели далеко не поголовно игнорируют письма и жалуются. Если призадуматься, то станет понятно, что общественная борьба со спамом разделяет участь движений против натуральных мехов, за экологию, за сортировку мусора и прочих. И во всех названных случаях, включая спам, причины лишь частичного успеха этих движений, малозаметных в общей массе, а также моего скептического отношения к ним – одни и те же.

Люди зачастую ведут себя по-разному в смысле оценки ситуаций на дороге в зависимости от того едут ли они на машине или идут пешком. Физически – это один и тот же человек, но с точки зрения восприятия – разные. То же самое с заказчиками рассылок – как пользователи они сами могут раздражаться, разгребая электронные почтовые завалы, но как функционеры, как предприниматели и менеджеры они своей целью имеют продажи, у них в этом случае совершенно другая система ценностей и понимание собственного вклада в общий бардак. Таким образом, призыв к борьбе со спамом может быть услышан пользователем, но не будет услышан заказчиком рассылки, даже если эти двое – одно лицо. Это не новость, а пример внутренней человеческой организации и иллюстрация к словам Иисуса Христа.
3 И что ты смотришь на сучек в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь?
4 Или, как скажешь брату твоему: «дай, я выну сучек из глаза твоего»; а вот, в твоем глазе бревно?
5 Лицемер! вынь прежде бревно из глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучек из глаза брата твоего.
«От Матфея святое благовествование». Глава 7. Стихи 3-5. (Библия. Книги священного писания. Москва : Бук чембэр интернэшнл, 1990.)

Со спамерами та же история. Вряд ли многие из них страдают иллюзиями по поводу безвредности своей деятельности, однако они выступают в качестве примера реализации того, что я называю «парадоксом очевидных истин»: «спам деструктивен, но я могу его рассылать, потому что в моем случае – это не спам» или «спам съедает мое время и угрожает безопасности, но у меня недостаточно оснований принимать какие-либо меры».

Это то, что касается индивидуального отношения к нежелательной корреспонденции. Есть проблемы и с интегрированной ее оценкой обществом. Когда требуется опора на общественное сознание большинства или консолидированной группы, то такая опора может быть найдена лишь в том случае, если проблема, против которой предполагается выступить единым фронтом, в одинаковой степени оказывает негативное влияние на всех представителей общества или группы. Например, вторжение иноземных сил на территорию какой-либо страны с целью геноцида или этноцида затрагивает интересы большинства жителей страны, а потому возникает военный конфликт. Полномасштабная война несовместима с нормальным функционированием общества, поэтому основные силу уходят на превенцию войны (поддержание сил в боеготовности, ядерное сдерживание и так далее). Существование преступности, с другой стороны, и отдельные ее проявления затрагивают интересы индивидуумов в разной степени, поэтому общество в целом не предотвращает преступность – преступность и общество сосуществуют:
Современное общество предотвращает преступления. Это – миф. Если Алиса захочет убить Боба, она сможет это сделать. Полиции не удастся остановить ее, если, конечно, она не полная идиотка. Они не смогут защитить каждого Боба. Боб должен позаботиться о своей безопасности сам. Он вправе нанять телохранителя, если это ему по карману, но это также ничего не гарантирует. Обычно преступление обнаруживается уже после его совершения. «Офицер, мы только что откопали на задворках Стадиона Гигантов тело Боба, нашпигованное пулями. Я думаю, что здесь пахнет преступлением». Мы расследуем обнаруженные преступления, собираем свидетельства, которые помогут убедить присяжных в виновности обвиняемого. Предполагается, что весь процесс поиска и наказания преступника должен воздействовать на общество в целом и отбивать у других охоту следовать его примеру. Конечно, приговор выносится с целью наказать виновного, но реальная польза обществу состоит в предотвращении новых преступлений, то есть наказание производит профилактический эффект. (Шнайер Б. Секреты и ложь. Безопасность данных в цифровом мире. - СПб.: Питер, 2003.)

В целом согласившись с автором, позволю себе отметить, что профилактика компьютерных преступлений сегодня не дает желаемого эффекта, поскольку довольно мало дел доводится до суда, а значит немногие из них освещаются. Преступлений же вообще все-таки значительно больше, чем войн. Конечно, здесь дело в масштабе, но не только в нем. Дело еще и в том, повторю, как война или множественные одинаковые преступления влияют на общество в целом (война одна, преступлений много, количество жертв может быть и сопоставимым, но реакцию общество в первом и втором случае демонстрирует разную).

Что касается спама, то здесь наблюдается интересный феномен – отчасти именно технические аспекты существования нежелательной корреспонденции и борьбы с нею дробят общество, не давая сформироваться единому оборонительному (или наступательному) фронту. Как уже отмечалось, разные почтовые службы, а также почтовые приложения на компьютерах пользователей используют различные алгоритмы для обнаружения спама, а также после его обнаружения по-разному с ним поступают (удаляют целиком или помещают в особую папку). Маршрутов движения почты множество (разные серверы SMTP, разные оконечные почтовые службы, которыми пользуется пользователь, разное программное обеспечение на стороне пользователя). Одно и тоже письмо один сервер сочтет спамом и удалит, а другой пропустит. Отсутствие единого стандартного алгоритма по ликвидации нежелательных писем (которого не может быть, потому что спамерам будет достаточно найти всего одну дыру в таком алгоритме, чтобы сделать свои письма невидимыми для всех фильтров по всему Интернету), конечно, осложняет жизнь спамерам, но одновременно создает ситуацию, при которой разные пользователи страдают от спама в разной степени – я получаю в день 100 писем и жутко нервничаю, ты – 10 и немного раздражаешься, а наш сосед снизу – ни одного, и поэтому ему все равно.

Таким образом, ситуация со спамом и отношением к нему общества в целом ближе к ситуации с преступностью, чем к ситуации с войной. Это означает в свою очередь (опять-таки), что полностью уничтожить нежелательную корреспонденцию в сегодняшних условиях невозможно, а вся история также является одним из примеров того, как сугубо техническая данность влияет на социальные процессы в реальной жизни.

Во взаимоотношениях общественности и спама есть еще один аспект. Прежде чем призывать общественность к борьбе, желательно с точки здравого смысла убедиться в том, что ее задействованные представители понимают, о чем вообще идет речь. Полезно ли или бесполезно махать знаменами с надписью «Спам долой из России!» - на это есть разные точки зрения, но с позиции человеколюбия имеет смысл убедиться, что участники акции умеют читать и знают, что написано на знаменах. Повышение инфо- и медиаграмотности людей, формирование у нас всех понимания того, что бывает, а чего нет и что именно происходит «если», куда важнее, чем формирование негативного отношения к спаму, как таковому. В конце концов, мне не доводилось встречать человека, который восклицал бы: «Ура, еще спам!» при получении сотни-другой нежелательных писем, а вам? Отчасти эта книга как раз и преследует цель информирования и донесения до читателя смысла (а не только сути) процессов, происходящих в мире информационных технологий (и около него, то есть в реальной жизни), со всеми их плюсами и минусами.

Что до остальных методов противодействия (термин «противодействие» подходит лучше, чем «борьба», поскольку методы нынешней «борьбы» реактивны по характеру), то Б. Шнайер окрестил общую ситуацию с информационной безопасностью на сегодняшний день, как «ухищрения», а я для емкого описания ситуации со спамом, пожалуй, воспользуюсь словосочетанием «структурированный хаос» (не путать с «бардаком»). Методов много, они имеют разных характер, они до определенной степени эффективны, но ни один из них в отдельности и ни все они вместе не являются оружием, способным нанести индустрии рассылки нежелательной корреспонденции сокрушительный удар. Если оценивать масштабы применения тех или иных методов противодействия, то майка лидера будет на фильтрах (технических средствах), и, полагаю, я показал, что, «ставя на фильтры», мы страхуем себя от полной потери денег, но не рассчитываем на победу (то есть планируем с депрессивной позиции), поскольку не знаем ни качества трассы, ни протяженности дистанции, ни правил забега. Скорее всего, в борьбе со спамом наибольшая ставка со временем будет сделана на какие-то другие методы (лично я полагаю - экономические), но, конечно, главное условие позитивного развития событий – это слаженная синхронизированная работа всех методов, которой на сегодняшний день не наблюдается. «Безопасность – это цепь: где тонко, там и рвется» (и снова Шнайер), то же определение применимо к борьбе со спамом.

Комментариев нет:

Отправить комментарий