Прочитал
доклад председателя об итогах VI заседания Форума по управлению Интернетом (IGF). Ничего нового, ничего неожиданного. Возможно, что Форум по управлению – это не то мероприятие, где что-то неожиданное должно было произойти или быть озвучено, но тогда где
те, другие мероприятия?
Вообще, впечатление от почти уже прошедшего года в части развития информационных технологий – застой и паралич. Причем, когда задумываешься над происходящим, понимаешь, что этот
паралич длится уже довольно долго – не один год и не два. Поясню, что я имею в виду.
Существует ряд слоганов или «кричалок», которые можно услышать на любом мероприятии, посвященном любой теме. Вот только несколько из них: «Интернет», «права человека», «кризис». Эти слова и словосочетания можно привязать к любому выступлению, на любом уровне, хотя для тематических мероприятий, конкретных регионов и уровней существуют и другие, более специализированные «кричалки»:
- для любого собрания по вопросам, связанным с Интернетом, это: «безопасность», «приватность», «спам», «обеспечение доступа»;
- для любого собрания, проходящего в России это: «электронное правительство», «государственные услуги», «нанотехнологии», «Сколково» и т. д.
Когда я называю эти выражения «кричалками», я не хочу сказать, что суть, которая в них заложена, не важна, что этими вопросами не стоит заниматься – отнюдь. Но в моем понимании бесконечное повторение одних и тех же слов, «поминание их всуе» и пережевывание не приводит к решению каких-либо проблем, так же как не приводит ни к каким решениям создание тысяч комитетов, комиссий на локальном или международном уровне (вне зависимости от количества участников), издание сотен приказов и других актов. Эти действия ведут только к тому, чтобы обеспечивать «работой» кучу чиновников и «замыливать» проблемы. Я сторонник подхода «problem – solution» («проблема – решение»): формулируем проблему, определяем порядок действий, которые нужно предпринять для ее решения, выполняем, смотрим, что получилось, корректируем или выбираем новую проблему. Я понимаю, что я сильно упрощаю, я понимаю, что для реализации каких-то мер, скажем, на международном уровне, нужна некая инфраструктура, но иногда хочется над ней подняться, хотя бы мысленно, и посмотреть, а куда, собственно, движется человечество в целом? И вот тогда понимаешь, что
человечество не движется никуда, а кроме инфраструктуры ничего и нет.
Еще одна проблема – это по-настоящему новые технологии. Дело в том, что движение человечества должно, хотя бы иногда, сопровождаться, стимулироваться и до определенной степени направляться некими прорывами, а не только вялыми эволюционными изменениями.
Мы же завязли в эволюции уже по уши. По моему мнению, в части информационных технологий последним прорывом был Веб 2.0, который действительно поднял общение или даже «цифровую жизнь» людей в Интернете (предыдущем прорыве) на новый уровень («цифровую жизнь» и «электронные личности» Веб 2.0, скорее, даже породил). Еще было второе пришествие свободного программного обеспечения. А дальше? А дальше – все!
Возьмем, к примеру, замечательную поисковую систему Google. В ней впервые для ранжирования веб-страниц был применен подход, основанный на количестве ссылок на данную страницу (Сегаран Т.
Программируем коллективный разум. – СПб: Символ-Плюс, 2008). Удачно? Безусловно! Но потрясло ли это мир? Не думаю. Создатели Google предложили более эффективное решение для существующей проблемы поиска информации в Интернете. Решения менее эффективные уже существовали, да и более эффективные появились бы и без Google рано или поздно. То же касается и браузера Google, и операционной системы Google, и карт Google и всего остального, безусловно, являющегося инновационным, но до прорыва недотягивающим. Это не вина Google – у компании своя функция, но, опять-таки, где же
те, другие компании? В большинстве случаев
мир занят не созданием нового, а рихтовкой и доделыванием старого, и, к сожалению, так может продолжаться до бесконечности – никакой полноценной виртуальной реальности, колонизации других планет, никаких межпланетных перелетов и новых источников энергии.
С другой стороны, я помню, что, по-моему, еще тело Стивена Джобса не успело остыть, как Интернет и пресса разразились комментариями, наподобие: «…автор инноваций, которых спокойно могло бы и не быть», «…по сути, ничего не создал» и так далее. Да, в последние годы коммерция взяла свое: iPod был прорывом, каким, на самом-то деле не был iPhone (насчет iPad-а у меня нет однозначного мнения, так что не буду его трогать), и ко всей культуре Apple у меня отношение сложное. Однако я человек из поколения конца семидесятых, и я помню, что ни одна другая компания, за исключением, может быть, IBM и Microsoft не внесла такого вклада в развитие идеологии и индустрии ПК, да и о Стивене Джобсе помню еще кое-что: он создал культовые Apple ][ (а также Apple ][+, Apple ][e и прочие) и Macintosh (Полунов Ю. Л.
От абака до компьютера: судьбы людей и машин. Книга для чтения по истории вычислительной техники в двух томах. Том II. – М.: Издательско-торговый дом «Русская редакция», 2004). Здесь даже не так важно, насколько велика в разработках роль Стефена Возняка, или какую долю идей Джобс позаимствовал в «Исследовательском центре Пало-Альто» Xerox Corp. – идея сама по себе имеет строго определенную цену: 0 рублей 0 копеек. Для того чтобы эта идея приобрела цену (и не только в денежном выражении), для того, чтобы она стала известна миру, нужна вера, воля и силы. Деньги и все остальное могут появиться или не появиться потом.
У Джобса вера, воля и силы, а также сами идеи были, а вот много ли в мире сегодня таких людей? Ведь именно они совершают прорывы и заставляют планету вертеться. Без них все,
что мы имеем, так это постепенное, но неуклонное обмельчание дум и стремлений. Мы заменили их текучкой, стандартами обеспечения качества и корпоративной культурой, сузили ответственность каждого отдельного индивида, человека, ученого, специалиста, руководителя до корпоративной «миссии», а корпорации и компании – это вовсе не человечество, и у них совсем другие интересы.
Эта статья – не ода покойному Джобсу, этот персонаж взят в качестве примера. Приходится согласиться с тем, что при наличии весьма ярких личностей в ИТ-истории: Мур, Вирт, Страуструп, в конце концов, Чарльз Бэббидж, который, не закончив работу над одной машиной («Разностной»), взялся за другую («Аналитическую»), трижды добивался выделения государством финансирования, добился строительства специального здания, доверял работы каким-то странным людям и в итоге не сделал ни одной полноценной машины, – найти какой-то идеальный светлый образ, на который стоит равняться, довольно сложно, если вообще возможно. Но все упомянутые люди думали о по настоящему новом, стремились к новому, что сегодня встречается, по ощущениям, значительно реже.
